Искусственный интеллект в кино постепенно осваивает территорию, которая еще недавно казалась почти немыслимой. Документальный фильм «Будь смелым», представленный 10 сентября на Венецианском кинофестивале, объединяет интервью, архивные материалы и изображения, созданные с помощью ИИ. Последние используются для визуализации эпизодов из детства главного героя, которые когда-то действительно произошли, но никогда не были сняты на камеру.
Речь идет не о привычной реставрации старых фотографий, их цветокоррекции или восстановлении поврежденных кадров. Технология делает нечто принципиально иное: создает визуальный образ события, для которого изначально не существовало фотографии или видеозаписи.
Когда искусственный интеллект начинает дорисовывать прошлое
Документальное кино десятилетиями искало способы показать события, от которых не осталось визуальных свидетельств. Режиссеры обращались к фотографиям, письмам, домашним видео, архивным документам и рассказам очевидцев.
А если никаких изображений не сохранилось, зрителю оставалось лишь представить описываемое событие самостоятельно.
Генеративный ИИ постепенно меняет этот принцип.
В «Будь смелым» режиссер Франческо Карочини использует технологию не просто как эффектный визуальный прием. Созданные алгоритмами изображения становятся частью самого повествования и одновременно поводом для разговора о том, насколько далеко можно зайти в использовании ИИ в документальном кино.
Именно здесь возникает главный вопрос: если созданное алгоритмом изображение убедительно передает то, что человек помнит, можно ли считать его достоверным отражением прошлого?
Убедительная картинка еще не становится доказательством
На протяжении долгого времени фотография и видеозапись воспринимались нами как своего рода свидетельства реальности. Конечно, изображения можно было отредактировать, вырвать из контекста или манипулировать ими. Но за каждым снимком или кадром все равно стояло конкретное событие, которое когда-то попало в объектив.
Генеративный ИИ способен разорвать эту связь.
Изображение может выглядеть так, словно оно было снято десятки лет назад: с соответствующей атмосферой, качеством и деталями. Но при этом показанной сцены никогда не существовало перед объективом камеры.
Для художественного кино это не обязательно проблема. Здесь вымышленность изображения является частью замысла.
В документальном жанре ситуация гораздо сложнее. От документального фильма зритель традиционно ожидает определенной связи между увиденным на экране и реальными событиями. Когда искусственно созданная сцена воспроизводит настоящее воспоминание, эта граница становится практически незаметной.
Может ли ИИ изменить наши собственные воспоминания?
Возможно, самые серьезные последствия этой технологии будут связаны вовсе не с кино.
Наши воспоминания и без того тесно переплетены с визуальными образами. Человек может помнить эпизод из детства не только благодаря собственному опыту, но и потому, что много раз видел фотографию этого момента. Со временем граница между тем, что он действительно помнит, и тем, что он знает по фотографии, способна практически исчезнуть.
Теперь представим, что такую фотографию можно создать задним числом.
ИИ способен визуализировать детский праздник, для которого никогда не существовало снимков, воссоздать интерьер давно исчезнувшего дома или показать родственника таким, каким он мог выглядеть много лет назад.
Подобные изображения могут быть эмоционально ценными. Они помогают представить события, о которых мы знаем только из рассказов, и сделать прошлое более осязаемым.
Но одновременно возникает риск: со временем искусственно созданная картинка может стать частью нашей памяти.
Мы можем начать помнить не само событие, а его цифровую реконструкцию.
Именно поэтому вопрос заключается уже не только в том, может ли ИИ визуализировать прошлое. Гораздо важнее понять, насколько мы готовы доверить ему формирование собственного представления о том, что с нами когда-то происходило.
Искусственный интеллект долгое время воспринимался как технология, которая поможет нам представить будущее.
Теперь перед ним стоит гораздо более сложная задача — научиться изображать прошлое, не стирая границу между воспоминанием и тем, чего на самом деле никогда не было.
