В истории театра и кино имя Евгении Симоновой звучит как знак подлинного искусства. Маша из «В бой идут одни старики», Принцесса из «Обыкновенного чуда», Катя из «Афони» – её героини давно стали частью нашей культуры. В этих ролях не было игры – они существовали как отражение жизни.
Симонова всегда олицетворяла идею интеллигентного, духовного искусства, которое требует внимательного взгляда и щедро вознаграждает зрителя.
В октябре Симонова приедет в Израиль вместе с дочерьми, чтобы представить проект «Романсы жизни и судьбы». Я очень обрадовалась и глубоко растрогалась, когда Евгения согласилась на эксклюзивное интервью для Womfire.
Интервью с Евгенией Симоновой
Евгения Павловна, каждый выход актёра в публичное пространство — это всегда особый момент встречи со зрителем. Что вы чувствуете, когда образ, музыка, слово становятся частью вашей сценической жизни здесь и сейчас?
Каждый раз, когда я выхожу на сцену, я испытываю радость. Когда бывает трудный спектакль, иногда и мне бывает трудно, но всё равно радость и счастье от того, что я на сцене, и то, что я занимаюсь своим любимым делом, побеждает. А вот нынешнее моё существование в этой программе, с которой мы приехали, это для меня одна сплошная радость.
Ваши героини всегда были близки зрительницам: сильные и ранимые, они выглядели одновременно искренними и трогательными. Сроднились ли вы с кем-нибудь из ваших героинь и стала ли какая-нибудь из них частью вашей собственной жизни, биографии, судьбы?
Я действительно сыграла довольно много ролей в театре и в кино. И я пыталась их наделить какими-то своими чертами. Либо я пыталась найти что-то в них. Наверное, какое-то впечатление они на меня производили. Но всё-таки для меня всегда была разделена моя профессия и моя жизнь.
Говорят, может быть, это театральная байка, что на дверях над сценой МХАТ было написано: «Господа артисты, уходя со сцены, не забудьте выйти из образа». То есть то, что происходит там, это профессия, это твоя работа. А когда ты уходишь оттуда, начинается уже другая жизнь. Что-то накладывает отпечаток в определённый момент, но я всегда старалась это разграничивать.
«Семейный концерт» это три женских голоса в унисон: ваш и ваших дочерей. Каково быть не только мамой, но и партнёршей по сцене? Что значит для вас это семейное партнёрство?
Надо сказать, что мои дочери очень талантливые обе. В своих профессиях. И вообще они талантливые девочки, личности. С Зоей мы довольно много играли вместе. Надо посчитать, по-моему, семь спектаклей совместных, если не больше.
Мне с ней легко и приятно, потому что дополнительные знания упрощают момент контакта между актёрами. Почему так ценятся репертуарные театры? Потому что ты проживаешь со своими партнёрами целую жизнь. Я 50 лет работаю в театре, поэтому со многими своими партнёрами я почти 50 лет выхожу на сцену, и мы уже знаем друг про друга всё. Это помогает в профессии.
А тут девочки, которых я родила и вырастила. Поэтому мне с ней легко, приятно. Я очень люблю с ней играть и выходить на сцену. И я ею горжусь.
Женщинам вашей профессии в повседневной жизни часто приходится совмещать различные роли: матери, актрисы, жены, подруги. В реальной жизни удавалось ли вам находить равновесие, гармонию между этими ипостасями или это вечное лавирование, поиск?
Женщина актриса – это непросто. Но вообще женщина, которая серьёзно занимается профессиональной деятельностью и пытается всё совместить, это всегда непросто.
Я знала, что у меня будут дети, и мечтала об этом. Я не боялась этих остановок. Остановки были не такие большие, потому что я довольно быстро выходила на работу. А дальше я крутилась, как могла: школы, занятия дома, магазины, готовка, семья, мой любимый муж. У меня была изумительная мама, которая очень помогала, но её не стало, когда мне было 35 лет. Это был сильный удар.
Если бы у вас была возможность обратиться к себе той, только начинавшей актёрскую карьеру: какой совет вы бы себе дали?
У меня были очень хорошие учителя. Я закончила театральное училище имени Щукина. У меня был интересный курс, нас серьёзно готовили к взрослой жизни. Они дали мне все советы, которые мне потом понадобились.
Поэтому, что бы я могла себе сказать молодой? Даже не знаю. Я была хорошо подготовлена, вооружена. Это счастье моей жизни что у меня была такая школа и наставники.
Могу сказать, что я всё делала правильно. Работала, старалась, не жалея себя. И мне, конечно, везло. Как сказал Немирович Данченко: актёра делают талант, труд и случай. Трудилась я честно, а счастливые случаи помогали реализовываться.
Ваши киношные и театральные роли это для многих зрительниц ещё и своего рода лекарство: кому-то от одиночества, кому-то от выгорания. А что вам помогает восстанавливаться, находить силы и вдохновение?
Иногда бывают тяжёлые периоды, когда сил не хватает. У меня очень хорошая семья. Я очень люблю своего мужа, с которым мы прожили более 40 лет душа в душу. Я радуюсь каждый раз, когда слышу его голос или ключ в замке.
У меня дочери, внуки, близкие. Есть маленькая семья и семья большая. Конечно, семья даёт силы, помогает. Я очень люблю поездки, море, тепло. Поэтому приезд в Израиль – особая радость и подпитка.
Я знаю, что израильская публика очень тёплая. Она не любит халтуры, но, если видит, что артист искренен, всегда отвечает теплом и открытостью. Я много играла в Израиле, и каждый раз это была радость. С каким бы спектаклем ни приезжала это всегда была радость.
Я жду этого приезда, этой публики, их глаз, этого тепла и моря. Я мечтаю об этом и надеюсь, что мы с девочками не разочаруем израильскую публику.
Я выхожу из этого разговора с чувством спокойной ясности. Евгения Симонова говорит так же просто и честно, как играет. В её словах есть доверие к зрителю и уважение к профессии. В октябре она выйдет на сцены в Израиле вместе с дочерьми, и мне кажется, что эти вечера станут для многих не обыденным событием, а знаковой встречей с высоким искусством, которое и посегодня звучит в унисон нашей памяти и сердцах.
